В судьбе Надежды Алексеевны Карцевой
было все: и выжженная степь горя и страданий, и слезы счастья от выпавших на ее
долю радостей, величайшей среди которых стала радость Победы в Великой
Отечественной войне.
В декабре 1941 года жителям Москвы и
Подмосковья пришлось бросить все силы на защиту столицы Советского Союза, чтобы
не допустить успеха гитлеровской операции «Тайфун». Победа строилась из
небольших кирпичиков. Свою лепту (крошечную в океане всей войны, но огромную
для детских сил) внесли и григорьевские школьники. Они расчищали заснеженное
поле, где располагался временный аэродром польской авиации. В их числе была и
уроженка деревни Носово Надя Фатина.
– В 1941 году близ села Григорьевское был
устроен полевой аэродром, – вспоминает Надежда Алексеевна. – А с 1943 года
здесь располагался центр формирования первых польских авиационных частей «Варшава»
и «Краков». Именно оттуда совершали свои первые вылеты многие польские летчики.
Был декабрь 1941 года. Решалась судьба Москвы. Заснеженное поле нужно было
расчищать каждый день, чтобы летчики могли вылетать на боевые задания. Каждое
утро далеко до рассвета мы бежали на конюшню, откуда на двух подводах ехали на
аэродром. С семи утра до четырех вечера, без еды, без воды, огромными метровыми
лопатами чистили снег. До нас доходили слухи о тех зверских расправах, которые
чинили фашисты над неповинными детьми, женщинами, стариками в Белоруссии,
Украине, поэтому, напуганные, мы старались принести посильную помощь, чтобы не
отдать врагу столицу. Как нас поддерживали сталинские листовки и осознание
того, что сам Сталин не покинул Москву с эвакуированным начальством! Эти
листовки мы хранили у сердца за пазухой, вновь и вновь перечитывая слова: «Наше
дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!»
Надежда Алексеевна с гордостью
рассказывает о переломе боевых действий в битве под Москвой и о начале
контрнаступления 5-6 декабря 1941 года. Именно эта победа Великой Отечественной
войны стала залогом будущей Победы 1945 года, но с началом наступательных
действий сама война, а вместе с ней голод, непосильный труд и страдания только начинались.
По вечерам после расчистки снега на
полевом аэродроме ребята возвращались домой. Зима была лютая, вспотевшие волосы
на морозе примерзали к шапке, усталость валила с ног, но до поздней ночи ребята
не ложились спать. Пилили всей гурьбой померзшие яблони, топили печи в домах,
чтобы старики и малыши могли согреться. Имеющиеся запасы продовольствия делили
на всех жителей деревни, включая эвакуированных из Москвы. Особенно старались
уберечь грудничков, выкармливая их козьим молоком от «сталинских коров», благо
козы были тогда во многих дворах, почти у каждой старушки. Общими стараниями в
деревне за всю войну никто не умер от голода.
– Председатель нашего колхоза Константин
Петрович Савельев был большим молодцом, – рассказывает моя собеседница. – Колхоз
был крепким, имелись кое-какие запасы, например, стадо овец. В особо голодное
время председатель организовал в старом амбаре общественное питание. В день
зарезали по овечке, варили щи из ботвы с мясом. Кормили всех нуждающихся. С 1943
года стало полегче. Мы работали в огородной бригаде, снабжали фронт овощами всю
войну до конца. Чтоб облегчить полив, капусту высаживали по пойме реки. Едва
подросшие овощи отправляли на фронт через приемный пункт в Алпатьеве. Зимой,
когда кончались огороды, пряли шерсть и вязали бойцам теплые варежки, носки,
жилетки. Свято верили в торжество лозунга «Народ и армия едины – непобедимы!»
Послевоенный путь
Первые послевоенные годы были
напряженными и голодными. Для обслуживания мелких колхозов в Луховицком районе
была организована Машинно-тракторная станция (МТС), и Надежде Алексеевне,
известной своим бойким, открытым и честным характером, доверили работу
весовщика. Ни одно зернышко не пропадало по пути в колхозные хранилища. В 1953
году Райком комсомола выбрал девушку секретарем комсомольской организации МТС,
а 13 марта 1957 года ревностная комсомолка пополнила партийные ряды, минуя год испытательного
срока.
Надежда Алексеевна двигалась по
партийной линии и 14 апреля 1959 года была назначена освобожденным
председателем рабочего комитета совхоза «Астапово». Правда, на деле все
оказалось не так красиво, как на словах: молодая коммунистка с семьей из своей
ухоженной деревни приехала в грязный, только начинавший строиться поселок, где
школа и Дом культуры, как и многие жилые дома, представляли собой бараки без
окон. Постепенно поселок расцветал, а совхоз развивался, в чем была заслуга и
нашей героини. Позднее Надежда Алексеевна возглавила одну из молочных бригад астаповского
совхоза. Бригада Карцевой гремела успехами, была одной из передовых, давая
раздоя за год больше чем по полторы тысячи литра молока на одну фуражную
корову. Пришлось Надежде Алексеевне поработать и техником искусственного
осеменения. И весь долгий трудовой путь этой удивительно энергичной женщины был
украшен любовью к русской песне: Надежда Алексеевна прекрасно пела, выступая в
клубах соседних селений, принимая участие в строительстве нового астаповского
Дома культуры.
Память о герое
Вспоминая военное детство, Надежда
Алексеевна, в первую очередь, говорит о своем двоюродном брате Герое Советского
Союза Валентине Васильевиче Фатине. Память о герое – только имя, высеченное на
Аллее Славы, и несколько строк в «Энциклопедии Луховицкого района» о взятии его
подразделением в плен штаба немецкой пехотной дивизии в городе Могилеве 28 июня
1944 года, и о геройской гибели под белорусским городом Скидель. Для Надежды
Алексеевны имя брата значит много больше, ведь она помнит красивого
темноволосого парня, безгранично любящего лошадей и луховицкие просторы. Двадцатилетний
парнишка ушел на фронт добровольцем.
– Валентин такой жизнерадостный и
веселый, – делится воспоминаниями сестра героя. – Всегда заступался за меня во
время каникул. Живя в Москве, по духу он был очень близок деревне. Любил
лошадей, копил деньги, на которые покупал сахар, и мы вместе бегали на конюшню
кормить лошадок. Видимо, из-за этой привязанности после школы пошел учиться в
военное кавалерийское училище, потом сразу попал на фронт. Валентин сражался
геройски, к нам постоянно приходили письма о его заслугах. Мало кто знал, что
причиной этой доблести и отваги стала смерть его младшего брата Анатолия.
Братья ушли на фронт добровольцами вместе. Анатолий был младше на полтора года и
практически сразу погиб. Валя поклялся, что до последней капли крови, изо всех
сил будет бить немца и мстить фашистам за брата. Свою клятву сдержал, но пал
смертью храбрых, оставив после себя светлую память и убитых горем родителей.
К сожалению, в семье Фатиных не осталось
ни старых фотографий, ни фронтовых писем. Все сгорело вместе со старым
бабушкиным домом в Григорьевском. Остались лишь воспоминания.
В 2003 году в селе Григорьевское был
открыт мемориал памяти польских авиаполков. Стела – для Надежды Алексеевны
скромное напоминание о далеком декабре 1941 года. Открытие мемориала собрало
множество гостей. Прилетели и польские летчики-ветераны, но Надежда Алексеевна,
приехав на торжественное событие, не встретила никого из близких, кто бок о бок
с ней трудился на полевом аэродроме.
Эта женщина принадлежит к поколению,
которое понемногу, тихими, едва заметными шагами уходит от нас. Люди героические,
мужественные, подарившие нам жизнь. Вместе с ним достоянием истории становятся
удивительный патриотизм, жертвенность, сплоченность, ставшие залогом Великой
Победы. Но от нас, внуков и правнуков поколения победителей, зависит теперь и
судьба Родины, и память о тех, кто подарил нам ее.
Фото автора
