На днях со мной произошел не очень приятный случай. К нам в дом пришла женщина с предложением взять у нее "эксклюзивное интервью". Предложение в итоге вылилось в крик души. Женщина не знала, к кому ей еще обратиться и, услышав, что мы с мужем журналисты и работаем в газете, пришла к нам. От гостьи весьма явственно разило спиртным, после развала совхоза она осталась без работы, что позволило мне отнести ее к определенной субкультуре, но разве это повод выставлять человека за порог? Я попыталась понять, чего же от нас хотят. Хотят, как выяснилось, узнать правду - правду о смерти дочери, зверски убитой в Луховицах какой-то сумасшедшей пять лет назад. Рассказ не отличался особой внятностью, но мне удалось понять, что девочка была убита спустя какое-то время после выкидыша. Оказывается несовершеннолетняя была беременна двойней после изнасилования. Насилие совершил некий педофил по фамилии Сорокин, осужденный за содеянное на восемь лет. На суде обвиняемый обещал своей жертве, что та не проживет и двух месяцев. Девочка действительно жила после этого не долго: прямо в центре Луховиц, под памятником самолету она была зарезана (86 ножевых ранений) некой женщиной, признанной невменяемой и отправленной в психиатрическую больницу.
Следствию было все ясно: вот убитая, вот подозреваемая. Убийцу в дурдом, дело на полку, но матери, прекрасно помнящей угрозу насильника, этого было недостаточно. Материнское сердце чувствует, что убийство не было случайным, а невменяемая действовала по заказу старого обидчика ее дочери. Чего она хочет? Хочет правды. Хочет знать, за что и почему убили ее ребенка.
Как я могу ей помочь? Проводить журналистское расследование? Оно мне надо, спрашивается? Да и полувнятный рассказ подвыпившей гостьи напоминал скорее бред, чем правду. Наверное, с этими словами меня попросят и из прокуратуры, и из милиции. Пардон, полиции. Я ж не Анна Политковская. А с другой стороны, просящему дай, чем можешь помоги - так или не так?
Комментариев нет:
Отправить комментарий